November 23rd, 2009

Грустное.

Утро пятницы было сумбурным - опять проспала, впопыхах умываюсь-собираюсь, и уже на пороге меня останавливает папин голос, доносящийся с кухни: "Марин, а как у Сысоевых детей зовут?"

"Данила, Пимен, Вася, Тихон, Настя!" - отчеканиваю без запинки: сколько лет мы с Васькой дружили!
"Старший - Данила?"
"Ага".
"А сколько ему лет? Меньше тридцати же?"
"Нуу... Нет, не меньше. Смотри, Пимен меня лет на пять старше, а Данила его ещё лет на пять, наверное - получается, лет тридцать пять ему примерно".
"Гм. Ну он же не священник?"
"Как же не священник? Священник. А что такое-то?"
"Да вот в новостях передают, что убит священник Даниил Сысоев".

Всю дорогу в метро изучаю, что поведает на эту тему Яндекс: страшно, страшно, страшно.
Прочитала у Кураева о том, что Даниил был татарином по национальности и выдохнула: да нет, вроде, и дядя Лёша русский, и тётя Аня, и дети их, соответственно.

А потом в груди холодеет уже окончательно: вдова Иулия, три дочери.
Перед глазами весёлая рыжая Юля, в длинной юбке на велосипеде. Рыженькая (по крайней мере, в детстве) деловая Устина, чуть постарше своей тёти Насти - одно лето часто приходили ко мне в гости, я с ними у меня на чердаке играла - и в куклы, и в что-то более активное. Дорофею видела только младенцем: я стала реже ездить на дачу. Третью дочь уже не видела: Сысоевы в последние несколько лет не появлялись на даче, где мы с ними были соседями.

"Священник Даниил Сысоев похоронен на Кунцевском кладбище Москвы".
Не знаю, вот честно не знаю и не хочу знать, во что он верил и чем занимался; но чисто по-человечески очень сочувствую его семье.
Их много, они сильные. Они справятся.